Ссылки для упрощенного доступа

Тезис о нарушении принципов этнического представительства в верхних эшелонах республиканской власти очень часто фигурирует в списке претензий в адрес нынешнего главы Башкортостана Рустэма Хамитова. Об этом неоднократно заявлял как сам экс-президент Муртаза Рахимов, так и его сторонники, утверждавшие о якобы "татаризации" региона. Они считают, что "в составе руководства РБ татар — 47%, башкир — 28%, русских — 15% и 8% представителей других национальностей". Условно эту схему можно назвать "47+28+15+8". К сожалению, обсуждение этого довольно деликатного и тонкого вопроса, всегда имевшего важное значение для Башкортостана, проходит лишь в изрядно эмоциональном и субъективном ключе — без какой-либо внятной аналитики.

Но вот этот тренд прервал один из анонимных Telegram-каналов республики — "Усы Хамитова" (критически настроенный к нынешним властям РБ), опубликовавший национальный состав верхнего эшелона властной элиты региона: речь идет о башлыке Рустэме Хамитове, его администрации, членах правительства и руководстве парламента.

Данный список наглядно показывает, что категории "прочие", якобы составляющей 8%, попросту нет: в составе республиканской элиты представлены только три крупнейших этноса Башкортостана, составляющих почти 90% населения республики. В результате получаем следующие цифры: башкиры составляют – 24%, татары – 38%, русские – 37%. Сомневаться именно в таком раскладе не приходится, ведь биографии этих людей наглядно подтверждают это соотношение. Как видно, доля башкир и русских занижена, и есть подозрение, что сделано это намеренно.

Есть вопросы и к самой представленной схеме: приведена лишь определенная категория должностей, порой несоизмеримых по степени своего влияния на политические или управленческие процессы в республике.

К примеру, в списке фигурирует имя Рузалина Хабибуллина ​— начальника управления ФАС по РБ, хотя далеко не секрет, что степень влияния этого надзорного ведомства не то, что в региональном, но и в федеральном-то масштабе ничтожна. И это при том, что руководитель ФАС, как и руководство силовых структур, утверждается из федерального центра, а, значит, прямо не контролируется региональными властями.

Руководителями силовых ведомств являются, в основном, русские

Авторы списка просто перечислили руководство трех ключевых управленческих структур: администрации Хамитова, аппарата правительства и Госсобрания — в ранге их руководителей и заместителей. Однако это явно не равнозначные величины. Ключевым в этой иерархии — по степени влияния на внутреннюю политику в республике — является администрация главы (в прошлом президента). В этой конфигурации решающим влиянием обладают не только заместители руководителя аппарата главы региона, но и начальники некоторых ключевых управлений. В качестве примера можем привести бессменного начальника управления общественно-политического управления Данила Азаматова, занимающего этот пост (с небольшим перерывом) еще со времен Муртазы Рахимова и "пережившего" многих своих непосредственных шефов. Он, несмотря на свое смешанное татаро-башкирское происхождение, идентифицирует себя башкиром. Этот обитатель "Белого дома" — весьма знаковый персонаж, и его имя время от времени всплывает в связи с разборками в болезненной для Башкортостана проблеме — национальном вопросе. Причем, недовольство его деятельностью проявляют как представители башкирских, так и татарских национальных организаций. В общем, Азаматов явно заслуживает включения своей фамилии в пресловутый список, что добавляет условной "башкирской" группе норму представительства, доводя её до 25% и соответственно незначительно снижая показатели "татарской" и "русской" групп.

Данил Азаматов
Данил Азаматов

Анализируя представленный список, мы видим, что руководителями силовых ведомств являются, в основном, русские. Ничего удивительного в этом нет, учитывая, что назначает их федеральный центр, а регионы вообще не имеют никакой возможности влияния на кадровую политику федеральных министерств и органов, приравненных по статусу к ним. Если мы проследим биографию (имеющуюся в открытом доступе) глав этих структур, то заметим, что все они постоянно тасуются из одного региона в другой. У такой практики есть как свои плюсы, так и очевидные минусы. Как бы там ни было, назначение "варягов" в условиях полиэтничного региона оказывает существенное влияние на этническую конфигурацию в республике. И власти Башкортостана — для выравнивания ситуации в этническом представительстве других, уже подконтрольных себе ведомств — всегда должны учитывать этот момент.

Каждый из трех крупнейших этносов, "потеряв" в одной сфере, восполняет свою "норму" представительства в другой

Что касается татар, то беглый взгляд показывает, что представлены они в большей степени в экономическом и финансовом блоках. Однако означает ли это, что башкиры искусственно отодвинуты от "ресурсных" должностей? На первый взгляд, может показаться, что так. Но тут следует учесть местную специфику: башкиры традиционно были представлены либо в гуманитарных (образование, культура), либо в чисто управленческих структурах. То есть экономический и финансовый сектор всегда был уделом либо татар, либо русских. Первый президент Башкортостана Муртаза Рахимов — исключение, только подтверждающее правило. Надо учесть и тот момент, что Администрация главы республики в национальном отношении является русско-башкирской. Это также не может не влиять на общую конфигурацию этнического представительства. Таким образом каждый из трех крупнейших этносов, "потеряв" в одной сфере, восполняет свою "норму" представительства в другой. Условно говоря, если где-то убывает, значит, где-то что-то прибывает. Такая, казалось бы, искусственная и регулируемая практика неизбежна в условиях попыток адекватного выстраивания системы властной элиты, отражающей этническую ситуацию в полиэтничном регионе.

Изменения этнического расклада в высших эшелонах власти особенно заметны на фоне эффекта "низкого старта", который сложился к моменту ухода Рахимова в 2010 году со своего поста, и демонтажа его политической системы, имевшей ярко выраженные этнократические особенности. К примеру, по данным, приведенным в книге известного в Башкортостане эксперта, доктора социологических наук Рушана Галлямова ("Элита Башкортостана", 2006 г.), которые опирались на открытые источники органов исполнительной и законодательной власти, в 1995 году башкиры составляли 59% членов Кабинета министров и 44% руководителей и специалистов Администрации президента. Русские соответственно — 15% и 32%, татары — 22% и 19%.

Две последние переписи — 2002 и 2010 гг. — не могут являться надежными индикаторами

А теперь самое главное. Как полученные нами цифры коррелируют с этническим представительством в Башкортостане? Обратимся к результатам Всероссийской переписи населения. Вот тут не всё так просто, т.к. две последние переписи — 2002 и 2010 гг. — не могут являться надежными индикаторами, т.к. их результаты были изменены административным методом, а проще говоря, сфальсифицированы. Наиболее близкими к реальности были результаты переписи 1989 года, проводившейся в перестроечную эпоху, когда были сняты все административные препоны. Единственным надежным показателем могут служить данные органов Госстатистики Башкортостана, которые в 2002 году — прямо перед переписью — фиксировали, что численность татар составляет 1215,5 тыс. человек, а башкир — 977,7 тыс. человек, что в процентном соотношении дает следующие цифры: башкиры — 23,8%, татары — 29,6%. Учитывая общий небольшой процентный рост доли татар и башкир в общей массе населения республики в период между переписями 2002 и 2010 годов, мы можем сделать вывод, что сейчас это соотношение составляет 24% — башкиры и 30% — татары. Правда, тут же стоит отметить, что в числе башкир учтена такая этническая группа как татароязычные башкиры с так называемым "плавающим этническим самосознанием" — они в этнокультурном и языковом плане ничем не отличаются от собственно самих татар.

К татароязычному населению относятся около 35% населения республики

Всего же к татароязычному населению относятся около 35% населения республики (этот показатель выводится из сопоставительного сравнения данных переписей 1989 и 2002 годов, касающихся пункта о родном языке). Что касатся последних "скорректированных" переписей, то среди экспертов, анализировавших результаты переписей и мониторивших ход их проведения, бытует мнение, что фальсификация результатов, с искусственным увеличением доли башкир и соотвественно с уменьшением доли татарского населения, касалась, в основном, сельских районов западной части республики, а вот по городам Башкортостана переписи отражали реальную этничность их жителей. Однако при внимательном анализе выясняется, что и это было весьма оптимистичное предположение. И вот тут на помощь приходит министерство образования Башкортостана, которое в последние месяцы многие спешат обвинить во всех проблемах с преподаванием башкирского языка. На приведенной ниже диаграмме отражен национальный состав учащихся Уфы:

В процентах получаем следующую картину: русские — 48,7%, татары — 32,4%, башкиры —14,7%, другие — 4,1%.

А теперь сравним это с официальными данными Всероссийской переписи населения 2010 года по городу Уфе: русские — 48,9%, татары — 28,3%, башкиры — 17,1%, лица других национальностей — 5,7%. Как мы видим, даже в Уфе, которая считалась "эталоном объективности", видна явная диспропорция, что является еще одним доказательством того, что данные последних переписей, касающиеся численности татар и башкир, были всего лишь объектом для манипуляции при проведении национальной политики и не отражают реальной ситуации в этой сфере. Причина такой разницы понятна. В учебных заведениях сведения о национальности собираются исходя из свободного волеизъявления самих родителей, и эти данные затем идут в статистические отчеты министерства образования. И в отличие от переписи населения здесь пока еще не додумались "корректировать" данные. Поэтому при выяснении реальной этнической картины в регионе, касающейся соотношения башкирского и татарского населения (данные по численности русских таким манипуляциям не подвергались), приходится полагаться не на многократно "скорректированные" данные последних переписей, а на анализ других данных и более ранних переписей.

Итак, мы выводим, что русских в Башкортостане на сегодняшний день около 35% (здесь расхождений с официальными данными нет). Почти столько же и татар — 30%, башкир — около 24%. А если мы будем учитывать всё татароязычное население в целом, то его доля будет как раз равна доле численности русских — 35%. При анализе этнического представительства мы видим, что равнозначные по своей численности татары и русские практически вровень представлены и во властной элите. Башкиры также в целом соответствуют нормам своего реального (не "бумажного") представительства в общей массе населения республики.

ГЛАВНЫЙ ВЫВОД

Изменения в этнической структуре высшего эшелона власти, в сравнении с периодом правления первого президента республики Муртазы Рахимова, действительно произошли. Это было неизбежно, так как именно в те годы норма была нарушена — с этим согласится любой неангажированный человек, не только проводивший исследования, но и просто проживавший в Башкортостане. Кроме того, такие изменения, конечно, не могли остаться незамеченными и, самое главное, не могли не вызвать недовольства у тех, кто лишился своих постов в ходе этого процесса.

Но можно ли назвать подобные изменения намеренным ущемлением интересов какого-либо этноса, проживающего в Башкортостане? Нет, так как в ходе приведенного выше анализа мы видим: нынешняя конфигурация соответствует реальной этнической ситуации в Башкортостане, и, в первую очередь, нормам представительства трех крупнейших этносов — русских, татар и башкир.

Поэтому говорить о так называемой "татаризации" власти в республике Башкортостан серьезных оснований нет.

Точка зрения авторов, статьи которых публикуются в рубрике "Мнения", может не совпадать с позицией редакции.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram. Мы говорим о том, о чем другие вынуждены молчать.

Ваше мнение

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG